Друидизм и кельтское язычество

ТРАВЫ, ЧАРЫ И МУДРЫЕ ЖЕНЩИНЫ

В Ирландии есть поговорка: «Старуха без образования станет колдуньей». Я писала в «Поэтах и мечтателях» о старой Бриджет Руан, которая дала мне первые знания о силе лечебных трав, некоторые из которых имели естественные, а другие – мистические свойства. И я писала, что «она умерла прошлой зимой, и мы можем быть уверены, что среди трав, покрывающих её могилу, есть те, что излечат любую кость в теле и больное сердце».
Что касается книги, то она рассказала мне о том, что она пришла из невидимого мира, и была записана на ирландском. Я думала над ответом Миссис Шеридан, у которой я спросила, на каком языке говорили загадочные существа, среди которых она побывала: «На ирландском, конечно, на каком же еще?!». Я также вспоминаю, что Блейк рассказал Краббу Робинсону о своем контакте с Вольтером, и когда его спросили, на каком языке говорил Вольтер, тот ответил: «По-моему восприятию, на английском. Это было похоже на музыку. Вероятно, он говорил на французском, но я воспринимал его, как английский».

Она мне рассказала:

В одной часовне в Лондоне был святой, но я не знаю его имени. О нем узнала девушка из Лондона, но он отправил её в Горт и сказал: «Там есть женщина, что вылечит тебя». Она приехала ко мне, и я исцелила её за два дня. Если бы ты смогла узнать имя того святого через газету, то он бы поделился со мной своими рецептами, и весь мир бы был излечен. Я не знаю всех лекарств, но знаю их достаточно много. Я вылечила Пэт Карти, хотя врачи не смогли ей помочь, и парализованную женщину в Горте, и двух её сыновей от растяжения. Я могу вернуть к жизни мертвого теми же травами, что и наш Господь был возвращен – подорожником (slanlus) и одуванчиком (garblus). Но есть вещи, которые я не могу сделать. Я не могу помочь тому, кто получил удар от Королевы или Верховного Шута.

Я знала женщину, которая однажды видела Королеву, и она говорит, что та выглядела, как обычная христианка. Я никогда не слышала, чтобы видели Шута, но одна женщина гуляла возле Горта и закричала: «За мной идет Верховный Шут». Мужчина, которому она кричала, ничего не увидел. Она сказала, что он выглядел как сильный мужчина, и был наполовину обнажен, это все, что она могла про него сказать.

Мой брат узнал много рецептов из книги, которую кто-то бросил перед ним на дорогу. На каком языке она была написана? Конечно на ирландском, на каком же еще. Может, Бог дал её ему, а может это был народ Иномирья. Он был прекрасным сильным мужчиной, весом в «двадцать пять камней», и он поехал в Англию. А затем он вылечил весь мир, и врачам стало не на что жить. Как-то он сел на корабль, идущий в Америку, и врачи договорились с бандитами, чтобы те выкинули его за борт. Он не утонул, а разбился о камни, и книга потерялась где-то среди них. Но он успел меня научить многому из этой книги. Итак, я знаю все травы, и могу приготовить множество лекарств, я вернула множество детей домой, в их дом в этом мире, и ни одного не потеряла, и ни одну женщину, что вынашивала их. Сама я никогда не пропадала, но я кузина Сагартона, а его дядя исчез на двадцать один год.
Вот василек (dwareen), и вот, что ты должна с ним сделать: положить с другими травами, присыпать немного сахаром, сварить и пить от боли в костях, не надо бояться, тогда он тебя вылечит. Господь поместил его в мир, чтобы лечить.

Вот ароматная пижма (corn-corn) – она хороша для сердца, сваренная, как и другие.

Это дикая ромашка (atair-talam) – отец всех трав, и отец земли. Её сложно выдергивать, поэтому, когда ты отправишься её собирать, возьми с собой нож с черной рукоятью.

А это вербейник (camal-buide) – он убережет от всего дурного.

Вот водный лютик (fearaban) – он хорош для любой кости в теле.

Это лишайник (dub-cosac) – он хорош для сердца, и помогает при болях в нем.

Подорожник (slanlus) и одуванчик (garblus) распространены по всему миру. Они сняли Господа с креста после того зла, что причинили ему негодяи и евреи. И никто не мог проколоть его сердце, пока не появился слепец и не сказал «Дайте мне копье, я это сделаю». И тогда брызнула кровь на его глаза, и он обрел зрение.

И после этого, его мать, и Мария, и Иосиф собрали травы и излечили его раны. Это лучшие из трав, но все они хороши, так как нет травы, что вылечит семь болезней. Все дни своей жизни я собираю их, и я их все знаю, но различать их непросто. Лучшее время для сбора – вечер воскресенья, в это время я ни разу ничего не путала. Семь раз я читаю «Аве Мария», когда собираю их, и молюсь Господу нашему, и св. Иосифу, и св. Колману. И, возможно, кто-то наблюдает за мной, но ни разу мне не мешал.

Миссис Куэйд:
Понедельник — хороший день для сбора трав, или вторник, но не воскресенье. Воскресное лекарство не лечит. Лишайник (cosac) хорош для сердца. Однажды жил Майног в Горте, и его сердце износилось, лишайник его вылечил. Английский подорожник (slanugad) очень хорош, он снимает опухоли. Нужно пойти, когда он вырастет, и вырвать его тремя рывками. Следует заметить, изменился ли ветер, а то сойдешь с ума. Нагрейте подорожник прежде, чем положить его на опухоль. Коровяк (lus-mor) помогает привести в чувство детей, которые без сознания. Но лучше сохранить содержимое зоба петуха, убитого в канун дня св. Мартина, высушить, и дать ребенку.
Есть кое-что в зеленом льне. Моя мама часто рассказывала, как однажды ночью, еще до замужества, она засиделась допоздна и пряла лен. Появился мужчина фейри. У нее не было права сидеть так долго, и фейри это не понравилось. Он приказал ей ложиться спать, так как хотел её убить, но пока она пряла, он не мог к ней прикоснуться. Каждый раз, как он говорил ей идти спать, она ему что-то отвечала, а сама продолжала тянуть льняную нить или чинить порванную. Она была мудра и знала, что с пением петухов ему придется уйти. Наконец петух запел, и мужчина ушел, а она оказалась в безопасности, так как петух благословенен.

Миссис Уорд:
Что касается коровяка (lus-mor), то каким бы ни был ветер при его сборе, если он переменится, то можно потерять рассудок. Но если ты заплатишь за его сбор, то можно собирать в любое время, если им понравится плата. Я знала женщину, которая собирала однажды коровяк и услышала голос, чарующий голос, «Не собирай, пока не заплатишь, а то пожалеешь!». Если положить немного коровяка в другие травы, которые пьешь, то будешь жить вечно. Моя бабушка добавляла его во все напитки и блюда и прожила более ста лет.

Старик на морском берегу:
Я не стал бы вмешиваться в это все, но я хочу рассказать, что случилось с моим сыном. Он был хорош и крепок, это было сразу видно; однажды он пошел со мной, и пришло письмо о смерти чьего-то ребенка в Америке, весь остров собрался послушать, как читают это письмо. Все толкали друг друга. Когда мы возвращались домой, у него в руке оказалось несколько ресничек, перелезая через стену, он упал, и каким-то образом реснички попали ему в горло и больно воткнулись в небо, и его парализовало до талии.

В Спиддале была женщина, и моя жена изводила меня, чтобы я к ней поехал, та дала мне травы для сына. После этого ему стало лучше, и нет мужчины на острове сильнее и крепче его, но с тех пор он не может пользоваться левой рукой, но в его правой руке столько силы, сколько у другого в обеих. Сказала ли женщина в Спиддале, что его поразило? Ну да, она много чего сказала, но я не хотел бы так в это вникать, как она. Кажется, это было сделано колдовством. В Раундстоуне была женщина того же сорта, я знал мужчину, который пошел к ней из-за своей жены, но та сказала, что болезнь его жены не имеет ничего общего с её ремеслом. Но он ответил, что проделал это долгий путь не для того, чтобы вернуться с таким ответом. Тогда она пошла в маленькую комнату, и он услышал, как она произносит имена всех демонов. Он закричал, чтобы она прекратила, тогда она вышла и начертила крест, но он на него не ступил.

А священник рассказал мне об одной женщине, которая лечила всех немых, что к ней приходили, и он очень сожалел, что она умерла.

Миссис Клунан:
Я знала кое-кого, кто лечил травами, но никому, кто не понимает травы, не стоит иметь с ними дело. Жила однажды женщина, она искала одно растение, чтобы вылечить свою дочь. Единственное место, где можно было найти эту траву – в долине, где берет свое начало источник. Она всегда просила меня сходить и принести ей это растение, но я следовала данному мне совету, и советовала ей этого не делать. Поэтому она пошла сама и сорвала её. Это было ярко-зеленое растение, не водяной кресс, но с пучком зеленых листьев. Как только она внесла растение к себе домой, то почувствовала себя как будто мертвой и упала в обморок на два часа. Вскоре после этого она умерла, но дочь свою вылечила, и хорошо, что я не пошла за той травой, а то весь вред достался бы мне.
Я как-то собирала одно растение для епископа из Лохмора, это были одуванчики. Их было два вида: белые не несли вреда, их-то я и собирала, и красные – в них было колдовство, но я их не трогала.

Старый Хеффернан:
Лучший травник, которого я знал, жил в Бэллитёрне, его звали Конолли. Он знал все травы, что растут на земле. Поговаривали, что его забирали к себе фейри. А когда я с ним познакомился, оба его больших пальца были вывернуты, говорили, что это след, который оставили фейри. У меня была опухоль на бедре, и мой отец пошел к нему. Тот дал ему траву и сказал не заходить в дом через дверь, а не то в неё задует ветер. Они думали, что у меня что-то дурное, что было передано мне посредством прикосновения, вот почему он предупредил о ветре, потому что, если там было что-то дурное, внутри должен был сидеть червяк, и если он с ветром учует траву, то переместится на другое место. Я не знаю, что это была за трава, но я бы умер, если бы мне пришлось держать её на бедре лишний час – так она жгла. Потом мне пришлось вскрыть опухоль, потому что в ней не было ничего дурного.
Конолли вылечил многих. Джек Холл упал в чан с водой, в котором до этого варили картофель, и его кожа облезла. И даже доктор Линч ничего не смог сделать, а тот вылечил.
Он отварил травы вместе со свиным салом, а затем обернул его ими трижды, и он поправился.
И Пэт Кахел, которая была глухой, он вылечил с помощью rib-mas-seala, картофельной ботвы, дающей молоко. Его жена была против того, чтобы он делал лекарства, так как считала, что это скажется на ней самой. В любом случае, она умерла прежде него. А Коннор в Олдтауне бросил делать лекарства, и его скот начал умирать. Он не мог завести ни единой свиньи, они все умирали, пока он снова не начал готовить лекарства. Теперь его сын их готовит, но мне кажется, тут больше дело в чарах, чем в травах.

Джон Филан:
Лесная анемона (ainne-bo-bliatain) хорошо помогает от головной боли, если положить себе на голову её листья. А что касается коровяка (lus-mor) , то с ним лучше не связываться

Миссис Уэст:
Одуванчик хорош для сердца, когда отец Прендегаст был тут викарием, он собирал одуванчики со всех окрестных полей и пил их настой. Посмотрите, он в прекрасном здравии. Garblus (одуванчик): откуда вы об этом узнали? Эта трава служит для целей, связанных с фейри. И если вы выпьете его для каких-нибудь из этих целей, если он не вылечит вас, то убьет сразу и на месте. Жил однажды один прекрасный мужчина, которого я когда-то знала, и он умер от того, что у него сама по себе появилась свиная голова, и еще у одного мужчины из Рамора. Они ходили со свиными головами каждый раз как шли к источнику воды. Когда тот мужчина пришел домой, у него страшно болела голова, и он лег в постель. Последнее, что ему принесли – напиток из одуванчика (garblus), он умер, как только выпил его. Я хорошо его помню. Бидди Эрли не использовала трав, пусть люди говорят, каковы они, она была настоящей женщиной. Есть что-то во льне, потому что ни один священник на миропомазании не обойдется без куска кудели. А если беременная женщина положит на спину корзину с зеленым льном, то ребенок сразу выйдет из неё. И если на жеребую кобылу положить льна, то она сразу ожеребится.

Миссис Аллен:
Сама я не верю в фейри, правда, не верю, но все люди в Килдэре верят. Я расскажу, что видела там однажды своими глазами. Жил там мужчина, у которого была великолепная белая лошадь. Он водил эту лошадь по дороге, а женщина, которая жила по соседству, залезла на стену и смотрела на них. Тут лошадь упала на колени и начала трястись. Она вспотела так, как будто на неё вылили несколько ведер воды. Лошадь отвели домой, но она уже была ни к чему не пригодна. Все жалели мужчину и лошадь, что стоила прежде девяносто фунтов. Они послали в Куррах и в другие места за ветеринарами, но никто не мог помочь. Наконец они послали за доктором фейри, который жил в горах. Он приехал, зашел в конюшню и закрыл за собой дверь, поэтому никто не знает, что именно он там делал. Когда он вышел, то сказал, что конь оправится на девятый день и станет хорош, как прежде. Лошадь и правда поправилась, но что с ней было дальше неизвестно, потому что мужчина, который владел ей, продал её сразу, как только смог. Говорят, что пока доктор фейри был в конюшне, приходила та самая женщина, узнать, что происходит, а доктор изнутри кричал «Держите её подальше! Держите её подальше!». В то же время там проживал священник, и, когда доктор фейри увидел, как тот приближается, сказал: «Отпустите меня!», и сразу же уехал, так быстро, как мог. Это все я видела своими глазами, но не знаю, была ли у коня обычная простуда или, все же, нет.

Джеймс Мэнген:
Моя мать училась лечить у одной женщины из Ульстера. Женщины из Ульстера – самые лучшие лекари. Я не знаю и половину тех лекарств, а о том, что знаю, говорить не буду, и делать их не буду, только если для своей семьи. Было у неё одно лекарство от желтухи. Путь из Эннистимона до Криваха не близкий, но я видел, как мужчина проделал его, чтобы обратиться к ней за помощью. Он так устал, что потерял сознание, как только сел в кресло. Она дала ему выпить это лекарство. Затем он пришел второй раз, и она снова ему дала выпить лекарство, а в третий раз он не пришел, потому что больше ему не хотелось. Я не против рассказать вам, из чего готовится это лекарство: немного грязи с собаки, что ела кости с мясом, надо положить на верх печи, пока она не высохнет в порошок и не станет белой, как мука; затем её надо растереть и высыпать в стакан с виски; эту жидкость надо поместить в бутылку и дать больному. Если у больного не запущенная желтуха, то это лекарство его вылечит.
Жил один Карти в Имлохе, он прекрасно лечил чарами, теперь и его сын этим занимается. Он не использовал травы, а вставал на колени и нашептывал слова над куском несоленого масла. Что именно он говорил, никто не знает. У одного крупного мужчины, которого я знал, болела нога, и врач не мог её вылечить. Доктор Моран даже сказал, что часть кости придется удалить. Тогда, наконец, он пошел к Джиму Карти. Тот сказал прийти к нему с куском несоленого масла в следующий понедельник, четверг или субботу, так как дни недели имеют значение. Ему надо было приходить трижды, а если бы случай был сложным, то девять раз.

Кажется, он поправился после третьего раза. А теперь он один из глав перегонного завода Персси в Гэйвее.

Женщина со Слив Оти:
Дикий пастернак хорошо лечит песок в моче, а для сердца нет ничего лучше одуванчика. Я знала женщину, которая его вываривала, а то, что оставалось – выбрасывала в траву. Над домом всегда пролетали индейки, они садились в траву и съедали вареный одуванчик. Как-то на рождество они убили одну индейку, и когда её разрезали, то обнаружили, что в ней растет новое сердце с отпечатком одуванчика.

Однажды мой отец ходил к женщине в Эннис. Не к Бидди Эрли, но того же сорта, чтобы узнать у неё о трех овцах, которые пропали.

Она назвала ему точное место, куда их привели: длинная тропинка между камнями у Кинвара. Там он нашел три шкуры, а также узнал, что мужчина, укравший их, продал мясо мяснику в Лохри. Он последовал за ним, и нашел его в том городе, бедняк на вид, но с шестьюдесятью фунтами в кошельке.

Около Бэйлили жил мужчина, который тоже мог говорить такие вещи. Когда Джек Фэй потерял принадлежавшую ему шерсть, он пошел к этому мужчине, а на следующее утро нашел шерсть у двери.

Те, кого больше нет, знают много. Мой собственный брат на семь лет получил такие способности, когда мы были в школе. И никто не мог победить его ни в хоккее на траве, ни в других играх. Сама бы я не хотела с этим связываться.

Одна женщина, по имени Мойра Колум, была известна изготовлением лекарств. Однажды её позвали посмотреть одного больного. Мужчина, который за ней заехал, посадил её позади себя на лошадь. Несколько молодых людей начало потешаться над ним, а потешаться всегда плохо. В поле, где находились юноши, паслась молодая лошадь. Она испугалась и поскакала галопом, но споткнулась о корягу и упала на землю, брыкаясь, как будто была в гневе. Мойра Колум сказала: «Дайте мне спуститься. Мне жаль лошадь». Она слезла с коня и пошла в поле к лошади. По пути она собрала листья какого-то растения и положила их в рот животному. Через минуту с лошадью все было в порядке.

В другой раз у одной женщины заболела корова, и она послала своего маленького сынишку к Мойре Колум. Она дала ему бутылочку и наказала капнуть содержимое на то, что находится в ухе коровы. Так он и сделал, но уже через минуту почувствовал страшную боль в ноге. Он выбежал на улицу и сломал ногу. Женщина вскричала «Лучше я потеряю корову, чем собственного сына». На утро корова была мертва.

Травы, которыми они лечат, естественного происхождения, и их можно собрать в любое время дня. У меня есть хорошее средство от желтухи, однажды я порекомендовала его одной женщине в Бэллигра, но некоторые люди так горды и так много о себе думают, что не хотят поверить, что болезнь можно вылечить чем-то природным. Я слышала, она умерла от этой болезни. Но я расскажу вам этот рецепт. Если вы посетили похороны, подберите несколько маленьких червячков, которых выбросили из могилы, можно взять мало или много, двадцать или тридцать, как вам больше нравится. Когда придете домой, сварите из них суп на свежем молоке и дайте ему остыть. Поверьте мне, это средство вылечит болезнь.

Я знала одну женщину, к которой с собой надо было взять кусок ленты. Она его измеряла, обматывая вокруг большого пальца, и таким образом, выясняла, что случилось с обратившимся.

Для некоторых болезней они используют травы, не имеющие природной лечебной силы, их надо собирать рано утром. До полудня? Нет, до рассвета! И есть разные заклинания, которые надо произносить над каждой из них. Они исцеляют от болей разного вида, например, от боли в боку.

Маленькое растение meena madar с голубенькими цветочками помогает от открытой раны или зла. А заклинание для сбора этого растение содержит имя какого-то старого целителя или волшебника, повторить это заклинание надо трижды над травой, а потом положить на больное место. Это хорошие чары. Их можно использовать для себя или близкого, но для незнакомца я не рекомендую ими пользоваться. Они все знают, и знают, когда ими кто-то пользуется. А когда вообще опасно использование чар?

Джеймс Мэнген:
Моя мать выучилась многим хорошим лекарствам у женщины с севера. Некоторые я могу изготовить сам, но я не стал бы делать их делать никому, кроме моих знакомых. Я не хочу подвергать себя опасности.
Для опухоли в горле используются травы, и припарки от дурного тоже изготавливают из трав. А от головной боли или боли в ребрах надо произносить заклинание, нашептывая его над куском бечевки, а потом положить её на рот больного, она заберет боль. Есть растение, которое называется rif , его можно найти в собственном саду, его хорошо использовать для лекарств. А вот подходящее заклинание, которое следует произносить на ирландском:

Тихая женщина.
Грубый мужчина.
Сын Божий.
Кострика льна.

Старик на морском берегу:
В старые времена все могли колдовать как масоны, а земля была покрыта отродьями дьявола; с помощью колдовства они могли сделать все, что угодно, и могли создать море между тобой и дорогой. Сейчас мало кто так умеет, но все, кто живут в графстве Доун, умеют колдовать.

Миссис Куэйд:
Одна девочка жила в доме неподалеку отсюда. Она увядала. Однажды в дом пришла странствующая женщина, она посоветовала матери девочки пронести ту через кладбище, которое располагалось недалеко от дома, до восхода солнца и собрать кое-какие растения, что растут на могилах. Мать так и поступила, а девочка поправилась. Мать девочки мне рассказала, что, когда женщина сказала ей это, то сразу исчезла, и никто её больше не видел.

Я знаю хорошие чары от головной боли, и уже многим помогла с их помощью. Я обычно оборачиваю голову больного лентами: одну от затылка через рот, а вторую от макушки под подбородок, затем я давлю на них рукой, что приносит больному большое облегчение, и говорю заклинание. Но однажды я прочитала в Священно Писании, что использовать чары запрещено. Так как это было на моей совести, то я пошла на исповедь и спросила священника, не опасно ли мне их использовать. Я произнесла заклинание на ирландском, а на английском оно звучит так: «Чары св. Петра, чары св. Павла, ангел принес их из Рима. Образ Христа, принимающего смерть, пусть все страдания уйдут с Ним в кудель». Священник так и не сказал, можно ли его использовать или нет, поэтому я продолжаю им пользоваться, я не люблю отказывать нуждающимся, которые приходят ко мне.

Я знаю о чарах, которые мать Тома Мэнгена узнала от женщины с Севера. Она лечила ими язвы и опухоли. Для этих чар использовалось несоленое масло, но вот слов я не знаю.

Джон Филан:
Если срезать побег орешника и принести с собой домой, а затем покрутить им вокруг себя, то ничто дурное не навредит тебе. А лекарство для улучшения зрения можно изготовить из плюща, который растет на кустах боярышника. Я знаю мальчика, у которого была глазная инфекция, и его вылечили с помощью этого средства.

Миссис Криви:
В Горте жил сын Лири, у него было плохое зрение, и ни один врач не мог ему помочь. Однажды его матери приснился сон, что она встала, взяла с собой маленькое одеяльце и пошла к священному колодцу неподалеку от Горта, там она встретила женщину в белом, которая дала ей немного воды. И когда она принесла воду сыну, тот исцелился. На следующее утро она проснулась и пошла к тому колодцу, набрала воды, и дома она трижды смочила этой водой глаза сына, тот поправился.

Жила здесь раньше женщина, которая делала лекарства из трав, она была повивальной бабкой. Как-то к ней в спешке приехал мужчина на лошади и попросил сесть позади него, но она отказалась, так как никогда не садилась на лошадь. Но сколь бы быстро он не ехал домой, она все равно поспевала за ним.

Один мужчина из Киллена рассказал мне, как во времена его отца из графства Доун пришли две женщины, мать и дочь. Они принесли с собой две прялки и обычно пряли в доме. В то время у коровы было молоко и они наблюдали за ней, и все молоко было зачаровано. Тогда местные люди принесли торф и устроили большой костер на улице, раздели ведьму и её дочь, чтобы сжечь их. И когда их вытащили на улицу к костру, женщина сказала: «Принесите мне немного льняной кудели, и я покажу вам колдовство». Они принесли ей немного кудели, и она сделала из нее два мотка, затем стала скручивать их между пальцами. Наконец, она обмотала пряжу вокруг себя и дочери и начала её крутить. Тогда пряжа начала кружиться и подниматься в воздух вместе с ней и с её дочерью. Люди видели, как они улетают, но остановить их не могли. Отец того мужчины видел все своими глазами.

Одно время, в горах графства Доун жила женщина, а в доме по соседству с моим жил мальчик, который мучился от боли в сердце и все время плакал. Тогда женщина спустилась с гор и пришла в дом к мальчику. Я была в том доме и видела, как она наполнила миску овсяной мукой, сверху накрыла миску тканью и поставила мальчику на грудь в район сердца. Когда она сняла миску, то с одной стороны миски мука исчезла. Она сделала пирог из того, что осталось, и съела его. Мальчик поправился.

В Клифдене жила женщина, которая знала все на свете и готовила множество лекарств. Однажды двух парней отправили отнести ей бутылку потина, но они выпили его по дороге. Им удалось достать другую бутылку, которую они ей и отдали. Но так как она знала все на свете, то сказала им, что знает, что они сделали.

На некоторых семьях лежат чары, и члены таких семей могут готовить лекарства, как, например, кровь короля использовалась, чтобы изгонять зло, но передать свою знание они не могут ни мне, ни тебе, ни кому другому.

Есть хорошие чары, которые останавливают кровь за минуту, когда больше ничего не помогает, есть чары, чтобы вытащить кость из горла, а есть такие, что лечат язвы.

Кевин Ральф:
Однажды я один отправился к Маклину, который жил возле Лохри, у меня была язва в горле. Когда я до него добрался, я попросил его наложить на меня чары, а он ответил по-ирландски: «Преподобный сказал мне, что человек, который использует чары для лечения, будет проклят». Мне удалось его убедить наложить чары, но мне это особенно не помогло, потому что после слов священника, он не старался. Есть чары, которые следует произносить на улице, а если надо изготовить лекарство, то его следует делать в доме.

Женщина в графстве Лимерик:
Двадцать лет назад у меня в боку была такая страшная боль, что я не могла наклоняться. Я пробовала и сироп Сигеля, и пластырь, и черный блистер, что рекомендовал мне врач, и многое другое, но ничего не помогало. Однажды ко мне пришел мужчина, мой знакомый фермер, и сказал: «Очень глупо с твоей стороны не пойти к женщине, которая живет всего в двух милях от твоего дома. Это женщина вылечит тебя, она творит чары». Я ходила к ней девять раз. Три дня мне следовало ходить, а три дня пропустить. Она накладывала на меня руки, а также заставляла висеть на яблоневой ветви, и укачивала меня, как укачивают младенца. Она клала меня на траву и водила надо мной руками, но что она при этом говорила, я не знаю. И по истечении девяти визитов я исцелилась, а боль меня покинула. Когда она умерла, я хотела пойти и подготовить её тело к погребению, но муж меня не пустил. Он сказал, что если соседи об этом узнают, то решат, что она мне передала свои чары, и будут называть ведьмой. Она говорила, что получила свои знания от старика, которого называли колдуном. Мой отец знал его и говорил, что тот мог украсть пшеницу и вернуть её, мог заставить четыре небесных ветра обдувать твой дом до тех пор, пока они не опрокинут его.

Повитуха из Мунстера:
Правда ли, что часть боли можно переложить на мужчину? Конечно можно, но я так никогда не поступала. И мужчине это добра не принесет, и с женщины боли не снимет. Разве не должны мы пожалеть наших мужчин, разве у них своих проблем не достаточно?

Миссис Холларан:
Знала ли я, что боль можно переложить на мужчину? Конечно, я видела, как моя мать, которая была повитухой, делала это. Тот мужчина был изнеженным старикашкой и совсем не имел сострадания к своей жене. Он делал вид, что его жена совсем не мучается. Тогда она дала женщине напиток, и как только та его выпила, её муж оказался на полу, крича и ругаясь «Дьявол тебя подери!», так ему было больно. Но пока он мучился от боли, боль отступила от его жены. Это не причинило ему вреда, да и моя мать не поступила бы так, если бы он не был таким вредным. Он утверждал, что его жене не было плохо.

Миссис Стивенс:
Во время родов некоторые старые женщины могут переложить часть боли на мужа, или любого другого мужчину. Однажды неподалеку от Орана рожала женщина. В ту ночь дежурили двое полицейских, и один из них зашел в дом, чтобы разжечь свою трубку. В доме было две или три женщины, а перед ним лежала роженица. Одна из женщин предложила ему выпить чая, мужчина не хотел пить, но сделал глоток. Затем он взял уголь из камина, положил в трубку и вышел к своему товарищу. Не успел он к нему подойти, как начал кричать, хвататься за живот и, наконец, упал на дороге. Но второй полицейский понял, что произошло, он вынул уголек, положил на ограду, выстрелил в него из пистолета. Уголь разбился, а его напарнику тут же стало лучше, боль ушла, и он встал на ноги.
Беременная женщина не должна входить в дом к рожающей, потому что, когда ей самой придет время рожать, к её боли добавится боль той женщины.

Ребенок, рожденный во время высокого прилива, будет удачлив.

Из книги «Visions and Beliefs in the West of Ireland» by Lady Augusta Gregory, 1920

Перевод Linnen, 2011