Traditions and Hearthside Stories of West Cornwall, Vol. 1, by William Bottrell, [1870]
Перевод: Linnen, 2010 г.
«Joculo:—O you are a dangerous farie! I care not whose hand I were in, so I were out of yours.
«Fairy:—Will’t please you dance, sir?
«Joculo:—Indeed, sir, I cannot handle my legs.
«Fairy:—O you must needs dance and sing,
Which, if you refuse to do,
We will pinch you black and black,
And about we go.»—Lylie, Mayde’s Metamorphosis.
Немногим боле, чем двести лет назад, большая часть прихода Санкрид принадлежала старинной семье Босенс, тогда там, в одноименном поместье, жил пожилой джентльмен по имени Утер Босенс.
Старик был в вдовцом, у него был единственный сын, которого тоже звали Утер, который был гордостью и радостью отцовского сердца. Молодой Утер Босенс был знаменит по всей округе как победитель в состязаниях по борьбе, как ярый горлопан и лучший всадник на западе. Его любимым времяпрепровождением было объезжать диких жеребят, табуны которых в то время бегали по холмам и долинам. Говорили, что у Утера был свой особый метод приручения, благодаря которому самый дикий жеребенок за несколько дней становился покорным ему и следовал за ним как собака, и при этом Утер не использовал хлыст и шпоры.
Молодой Утер долгое время был помолвлен со своей кузиной Пи Треджир из Сент Джаста, которая много времени провела в Босенсе, управляя хозяйством во время сбора урожая и различных празднований. В тот праздник Середины Лета она тоже была в Босенсе, чтобы сделать кое-какие приготовление к их свадьбе с Утером, которая должна была состояться несколькими неделями позже. Её брат Уильям Треджир и Утер были очень привязаны друг к другу с самого детства, как родные братья. Они были равными в борьбе, боксе и других видах состязаний, и часто избивали друг друга до синевы, не для того, чтобы потренироваться, а потому что каждый хотел сделать другого самым сильным мужчиной в приходе. В полдень накануне того праздника Середины Лета в Сент Джасте был матч по борьбе. Участники были определены и подготовлены призы. Мужчины были чемпионами каждый в своем приходе. Главный приз, пару серебряных шпор, получил Утер после недолгого поединка со своим другом Уиллом Треджиром. Ленион из Трегонбриз занял вторе место и получил шляпу с золотым шнуром. Еще один мужчина из Санкрида занял третье место и получил в качестве приза пару перчаток, украшенных вышивкой, традиционный приз для третьего места. Мужчины из Сент Джаста сильно огорчились, что все призы достались мужчинами другого прихода. В то время это было обычное дело, группа молодых людей из одного прихода приходила в другой, чтобы принять участие в соревнованиях, которые там проводились, и чтобы по пути попрактиковаться в ирландском хоккее на траве. В то летнее солнцестояние ребята из Санкрида тоже взяли с собой мяч, так как собирались на следующий день принять участие в матче между Санкридом и Бурианом. Треджир и молодые люди из Сент Джаста предложили победителям соревнований по борьбе из Санкрида сыграть в хоккей на траве сначала с ними. Игра была назначена на вечер, от Сент Джаста до прихода Санкрида. В то время мужчины из Сент Джаста были известны как наиболее искусные игроки в хоккей на траве на всем западе и часто побеждали на соревнованиях, в том числе и у Санкрида. Вызов был принят, и вместо того, чтобы вместе весло провести время, как это обычно было в приходах, где проводились состязания, мяч разыграли у креста св. Джаста. Мужчины из Сент Джаста большую часть пути удерживали мяч, стремительно ведя его через долины и холмы, но когда они достигли холмов Траннак, мячом завладела команда Санкрида и передала его Утеру Босенсу. Тот был хорошо знаком с местностью, и смело повел мяч между камнями и каирнами холмов, через болота и старые источники, прямо к приходскому городку, и с триумфом достиг порога церкви задолго до того, как мужчины из Сент Джаста смогли выбраться из болот. Мужчины из Санкрида были горды своей двойной победой и угощали команду Сент Джаста и всех прибывших в заведении под названием «Птица в руке». Проигравшие не чувствовали никакой досады, все дружно пировали и радовались почти до полуночи. Затем все разошлись по домам, чтобы немного отдохнуть перед главными соревнованиями на западе стране, которые проводились в Буриане каждое летнее солнцестояние. Утер и молодые мужчины из Ботреа, Дарвел, Траннак и других близлежащих мест вместе с группой мужчин из Сент Джаста одновременно достигли границы земель Ботреа. Утер захотел поговорить с Уиллом Треджиром, они перелезли через ограждение поля у дороги, отошли немного и сели поговорить, тогда как остальные их товарищи двинулись дальше по дороге к деревням по ту сторону холма.
Погода была такой хорошей, а воздух так чист, что они могли слышать музыку, под которую танцевали вокруг костров в Бэконе и на холме Каэр Бран. Когда мужчины наговорились и договорились о месте встречи на следующий день, они присоединились к группе танцующих вокруг костра юношей и девушек, которые крепко держались за руки, образуя кольцо, толкая при этом друг друга на удачу на угли, не отпуская рук и не размыкая кольца. Наконец молодым людям надоело считать все костры, горевшие на холмах земли Ботреа. Группа молодых людей, ждавшая на границе, звала Уилла Треджира пойти дальше, а не то они пойдут без него. Утер сказал, что он может дойти и один. Он не был пьян, просто немного навеселе, так как выпил несколько кружек пива, чтобы освежиться. После этого он выпил два или три рога бренди из страха замерзнуть. Ему не надо было ждать Уилла, чтобы пойти домой, так как ему до дома оставалось пересечь лишь несколько полей. Утер вспомнил, что его отец, который любил придерживаться старых традиций согласился пойти с Пи Треджир и остальной молодежью к костру на холм Траннак, чей яркий свет и танцующую молодежь Утер еще мог видеть со своего места. Он обещал на обратном пути зайти на холм к костру, но он не думал, что матч по хоккею на траве будет длиться до самой ночи. Вероятно, отец и Пи все еще ждали его на холме. Тогда он решил идти на холм, и чтобы оказаться там как можно быстрее, он пошел через поля Ботреа и Босенс. Он знал каждый дюйм этой земли, поэтому мог ориентироваться на местности ночью так же хорошо, как и днем.
Когда он зашел на поле Босенса, которое называлось Парк-и-часовня, внезапно с низин поднялся туман такой густой, что он едва мог видеть на ярд впереди себя. Туман полностью поглотил Утера и он уже не мог видеть огня костра, но зато он слышал пение отчетливее, чем раньше. Он пошел в восточную часть поля, так как предполагал там найти ворота в ограде, через которые он смог бы перейти на следующее поле. Вскоре он достиг ограды, но не смог найти ворот. Он бродил туда и сюда, кругами вокруг того места, но безуспешно. Тогда он попытался найти низкое место в ограде, чтобы перелезть через неё, но чем выше он карабкался тем, казалось, выше поднимается ограда. Он пробовал перебраться в нескольких местах, но это ему так и не удалось. В ушах звенел неприятный смех, который не мог издать ни кто иной, как пикси. Утер очень хотел скорее добраться до холма, и кроме того, покинуть это поле, о котором ходила дурная молва, и большинство людей старались избегать его после наступления ночи. Уродливые существа, а также другие странные явления, как например, непонятные огни, часто являлись людям на этом поле возле развалин старой часовни. Часовня заросла ежевикой и терном, так что само здание было едва видно. Утер, бывало, часто смеялся над историями тех, кого поймали пикси. Он особо не верил в духов, пикси, маленький народец и других представителей племени фейри, поэтому часто оскорблял веселый и безобидный маленький народец, который теперь редко показывался в нашем горделивом и порочном мире. Утер ходил кругами, и вконец запутался, в какой части поля он находится, наконец, он оказался у руин часовни. Вновь он услышал тот дразнящий смех, который доносился из разрушенного здания. Мужчине внезапно показалось, что некто из плоти и крови следует за ним по пятам в тумане. Наконец он потерял терпение, испуганный тем, кто следовал за ним по пятам, побежал так быстро, чтобы его не схватили, посылая того, кто шел за ним, в место и по направлению, которое не стоит упоминать, так как у таких респектабельных господ как мы там дел нет. Придя в себя и осознав, где находится, и что до дома ему идти всего несколько минут по церковной дороге, он присел на длинный лежачий камень у входа в часовню, чтобы немного отдохнуть и перевести дыхание.
Утер почувствовал себя таким измученным, что готов был провести ночь в том месте, где сидел. Он решил немного покурить, достал табакерку из кармана, высек огонь для трубки, и не успел огонек еще разгореться, как Утер услышал странный шум, который доносился из часовни. Заглянув в здание, он увидел, что оно наполнено ужасными созданиями, одно другого страшнее: странные по форме тела были увенчаны змееподобными головами. Гадкие существа шипели, скалились, высовывали наружу свои раздвоенные языки и плевались огнем. Другие же танцевали жуткий танец, прыгая по стенам часовни, лишенной крыши, и свешивались с фронтона рядом с головой мужчины, шипя как змеи. Утер решил как можно скорее убраться из этого отвратительного места, поднялся и уже собрался было уходить, как увидел прямо перед собой существо. Он не знал, зверь ли это, дух или демон. Существо было похоже на черного козла с рогами и бородой более чем ярд длиной, но козел был огромного размера, с пылающими глазами и длинным хвостом. Отвратительное создание стояло на задних ногах и танцевало кружась, и пыталось схватить Утера своими мохнатыми лапами, которые были вместо козлиных копыт на передних ногах. Утеру не нравилась перспектива танцевать с таким партнером, кроме того, он едва контролировал свои ноги, которые пытались пуститься в пляс под музыку, которая доносилась с окрестных холмов. Он был напуган, но не боялся, так как вообще не боялся ничего на свете. Он пытался отделаться от этого создания, которое, несомненно, было пикси, и бил его по лапам черной терновой палкой. Не успел он как следует ударить существо, как палку вырвали из его руки, он споткнулся и упал на спину. Утера начали катить по склону холма все быстрее и быстрее, пока он не стал подобен камню, катящемуся с обрыва. Он перелетел через ограду у основания поля как сверток тряпья, затем прокатился по ежевике и дроку в низине. Пикси насадил его на рога и пронес над болотом, а затем унесся словно пепел на ветру. Когда Утер коснулся земли, его снова схватили, и не давая ни минуты отдыха, то катили по земле, то заставляли бежать, пока он не достиг дороги в Ботреа, где его бросили на камень у подножья холма Бэкон, где его и нашли без чувств на следующий день.
Отец Утера и его будущая невеста долго оставались на холме Траннак, так как старый джентльмен любил проводить время как в старые времена, потому что такие праздники объединяли все классы людей, а также там проводились соревнования, в которых мужчины со всего запада показывали, на что они способны. Кроме того он верил, что танцы вокруг костра, особенно, когда танцующие держатся за руки и образуют вокруг костра кольцо, и прыжки через огонь дают удачу на весь будущий год, а также служат отличной защитой от колдовства, сглаза, а также от любого другого воздействия темных сил.
Они не удивились, что Утер не пришел, так как он частенько оставался на всю ночь с Уиллом Треждиром, когда в Сент Джасте проводились состязания. Когда Уилл пришел в Босенс и не нашел там Утера, он ничего не сказал старику, чтобы его не волновать, но пошел по соседним деревням и просил мужчин, молодых и старых, обыскать все местные холмы, равнины и болота.
Утера полумертвого нашли у камня, его плоть была практически вырвана с ребер колесиками от его призовых серебряных шпор, которые он носил как трофей, согласно моде того времени на кожаном шнурке вокруг талии. Колесики шпор и с иглами в полдюйма прорезали его плоть до костей, пока он катился по земле почти полмили. Большие серебряные пуговицы, богато украшенные гравировкой, были оторваны от его одежды. Говорят, эти пуговицы еще много лет после случившегося продолжали находить по тому пути, где Утера катил пикси. Утера привели домой. Когда, он пришел в себя, то рассказал, как попал в западню к пикси. Люди говорили, что с момента этой встречи, силы покинули его, и он уже не был так силен, как прежде. Вскоре он поправился и женился, но уже редко ходил на состязания, а все больше занимался женой и своей фермой, так что в каком-то смысле, эта встреча даже пошла ему на пользу.
Эту историю мне рассказал несколько лет Уильям Босенс из Санкрида. Имя Утер все еще дается детям семьи Босенс. В Босенсе еще остались руины той часовни, и их стоит посетить. Это полмили к северо-западу от церкви Санкрида. А те, кто хочет увидеть замечательный вид на залив Маунт и его окрестности, непременно должны забраться на холм Бэкон и Каэр Бран, так как ни один пейзаж не сравнится с красотой залива Маунт, а с другой стороны, на севере и западе, вы увидите дикие и романтичные холмы и каирны.
