Битва при Кринне

Перевод: Михаил Алимов, 2013
Страница переводчика

Далее я помещаю историю о битве при Кринне.

Был в Ирландии дивный король Кормак внук Конна. При нем Уладом правил Фергус Чернозубый, у которого было два родных брата: Фергус Длинноволосый и Фергус Пламя-под-Брегой.

Дом Кормака стоял в Темре, как это было заведено у всех верховных королей, ибо в те времена короли каждый год справляли Праздник Темры, который начинался за пять дней до Самайна и заканчивался через пять дней после него. Люди собирались на этот праздник, ибо на нем было вдоволь всевозможных плодов. Сбор же устраивали так: в конце года ирландцы были обязаны приходить в Темру, а тот, кто прибывал позже всех, объявлялся вне закона перед всем народом Ирландии.

И вот однажды улады собрались в Темру, чтобы отпразновать самайн и было их великое множество. Сперва они отправили гонцов, для того, чтобы осмотреть королевское селение и узнать какой дом им будет отведен. Гонцам же отвели старый грязный сарай без крыши и кровли, не то псарню, не то хлев для скота. Возвратившись в Улад, посланники рассказали о том, какие им назначили покои, а еще они прибавили, что у Кормака в Темре совсем мало воинов. Тогда все улады собрались на совет и стали решать, как им теперь быть. И решили они подготовиться к битве и объявить войну королю Кормаку.

У Кормака не хватало воинов, поэтому он не принял боя и отошел от Темры на запад. Тут он собрал своих приближенных и спросил их, какой совет они могут подать ему и где можно получить боевую помощь. Вот что сказал Кесарнн, королевский поэт:

О Кормак,
Если не любишь сражаться,
Вызови войско Мувана —
Видный великий вождь
Отразит твоих недругов
Преемника не найдется
На равнине Риге Ройс
Ибо не было крепости
У соперников Конна
А наследник был светел.

На это Кормак сказал, что если Кайрпре подаст тот же совет, что и Кесарнн, то быть посему. Тогда Кайрпре взял слово и сказал вот что:

Постоянство, о милый Кормак (…)
Для тебя, ко времени странствия (…)
Была бы старая Кринна (…)
Обещанного избыть (…)
То, что в слове моем спето (…)
Воля светлая
Сын сына говорит (…)
Памяти преемника
Не будет слабости в бою
Не будет ужасного гнета
Не будет пролито слез
И погублено опоры
Если придут к тебе
Воины из Мувана.

Тадг сын Киана сына Айлиля сразится в бою при Кринне, именно о нем гласит мое прорицание. Он — внук Конна, сын его дочери. Отправляйся за Тадгом на юг, обещай ему все, что он попросит, чтобы он пошел биться за тебя».

Тогда Конн пришел к дому Айлилля Оллома и там ему был оказан добрый прием.
«Я пришел просить вас о помощи», — сказал Кормак хозяевам дома.
«Ты получишь ее», — ответили Айлилль и его родичи, то есть Кормак Кас сын Айлилля и Фиаха Муйлетан сын Эогана. Эти двое были соправителями Айлилля — он поделил между ними все свои владения, ибо он не мог править один. Половиною уделов владел Кормак Кас, а другой половиной—Фиаха Муйлетан. А наследником Айлилля был Тадг сын Киана.

Айлилль Оллом, Кормак Кас и Фиаха Муйлетан посовещались между собой и посоветовали Кормаку сыну Конна отыскать Лугайда Лага, пойти с ним на север и дать битву.

Люди Кормака нашли Лугайда Лага в Этарлайге. Он купался и был без оружия. Воины короля обступили его со всех сторон и взяли его в тройное кольцо. Только тогда Кормак подошел к Лугайду. Он обнажил меч и занес его над головой героя.

«Смерть тебе, о Лугайд», — молвил король.

«Я готов сложить голову за тебя!», — воскликнул Лугайд.

«Это не спасет твою голову», — возразил Кормак.

«За спасение своей головы», — сказал Лугайд, «я снесу голову любому».

«Не всякая голова подойдет мне», — молвил Кормак, «дай мне слово, что будешь в бою рубить головы королей».

«Клянусь тебе в этом!» — ответил Лугайд.

«Не всякая королевская голова подойдет мне», — снова возразил Кормак, — «добудь мне голову Фергуса Чернозубого, правителя Улада».

«Быть по сему», — сказал Лугайд.

«Поклянись в этом честью своей», — потребовал король.

«Клянусь», — сказал Лугайд, но затем он поднял голову и прибавил: «и все же, Кормак, не будет тебе удачи».

Так появилась пословица: «Плохое начало — плохой конец».

Вслед за тем Кормак вернулся к Тадгу и Тадг снова оказал ему добрый привет.

«О Тадг», — заговорил с ним король, — «о внук Садв, дочери Конна Сто Битв, выполни свой долг и отрази беду от меня, твоего родича».

«Я не выйду на битву при Кринне», — ответил Тадг, — «ибо ни мне самому, ни моему краю, ни моим подданным опасность не грозит».

«Рассуди сам, кому из нас двоих дОлжно беречь Удел Конна», — ответствовал Кормак, — «ты — прямой потомок Конна, и, если я верну назад свою страну, то подарю тебе право объезда новых владений от часа, в котором будет одержана победа, до самой ночи. Так ты получишь новые земли, которые перейдут от тебя по наследству к твоим детям и внукам и навсегда останутся за твоим племенем. Поэтому, ради нашей дружбы и нашего родства, снаряди военный отряд и помоги мне отстоять Темру».

«Я не стану помогать тебе и не стану биться с уладами». — снова возразил Тадг.

Тогда Кормак сказал такие стихи:

«Конн, привет и прощание…» (и т. д.)

Тадг отправился в путь вместе с Кормаком. По дороге сморил его тяжелый сон и увидел он вещее видение. Кормак же сидел без сна. Тадг заговорил с ним и изрек:

Великая слава
Великая ярость
Великая мудрость
Велик тот дом недостроенный
Смерть придет
От оружия вражьего
Поразит острие
Злом превеликим
Будет горе
Груды трупов изрубленых
Ужаснутся воины
Дрогнут под ударами
Могучих мечей.

Пропев во сне эту песню, пробудился Тадг, приходя в себя он провел по лицу рукою и сказал: «Пора нам собираться на бой».

«Так и есть, пора», — откликнулся Кормак и запел:

Видение, видение,
Увидел Тадг перед битвой,
Падут от ударов меча
Бойцы с обеих сторон.
Увы, увы уладам,
Мы смелем их как зерно,
Ведем мы войско великое
Из людной пятины Мувана.
Героев, героев
Привел я с собою с юга,
Будут плакать женщины,
Уладов мы истребим
Тела, тела распростертые
На поле боя лежат.
Земля покроется кровью
Вот что предвижу я.
Битва, битва при Кринне
Тадг ведет пять десятков бойцов
Правдивы Кесарнн и Кайрпре
Сбудется их видение.

Когда они подошли к Кринне, Тадг сказал Кормаку: «О Кормак, отправляй свое войско на бой, ибо я привел с собою из своих земель лишь один небольшой отряд, а в нем пятьдесят воинов, тридцать королей, Лугайд Лага и я сам».
«У меня тоже совсем немного людей», — ответил Кормак, — «Возьми же лучших воинов из моих владений и веди сражение теми, кто у нас есть. Если ты одолеешь, как и было предсказано, то получишь земли в вечное владение, как и было обещано».

Тогда Тадг построил свою дружину. В первые ряды он поставил отроков, в середину — обычных воинов, а позади — седых стариков. До этого дня у ирландцев было в обычае ставить стариков впереди всего войска, а отроков сзади и это делалось для того, чтобы люди вступали в бой по старшинству. Тадг же поместил отроков впереди всего отряда, чтобы не охватил их страх, при виде того, как падают перед ними испытанные в боях старики.

Улады тоже построились к бою и поставили впереди седых воинов, за ними обычных бойцов и последними — молодых отроков. Вслед за тем Кормак подошел к Лугайду Лага и сказал ему: «Вот слово правителя и человека чести: добудь мне голову короля, в уплату за голову моего отца, которого ты убил в бою при Мукрама. Принеси мне голову Фергуса Чернозубого».

«Будет тебе голова», — отвечал Лугайд.

Тогда поднялись оба войска и устремились друг на друга. Двинулись вперед доблестные улады и земля затряслась от их грозных прыжков, так что чужеземные кони заметались и сорвались с мест, обезумев от блеска позолоченых клинков, от стука тяжелых копий на крепких древках, от лязга лат и бряцания боевых броней, сверкающих в солнечном свете. И когда войска сошлись, то стали падать седые бойцы Улада, равно как и отроки Мувана. Лугайд Лага пробился к Фергусу сквозь строй врагов. Взыграла его ярость, когда обрушился он на воинство уладов. Великий урон нанес он им. Лугайд схватился с Фергусом и, срубив ему голову с плеч, пришел с этой головой к Кормаку.

«Смотри, о Кормак», — сказал он, — «вот голова короля, обещаная тебе, – голова Фергуса Чернозубого».

«Да будут благословенны доблесть и отвага твоя, о Лугайд», — молвил Кормак. — «Не будет мне теперь лучшего трофея, чем голова его родного брата, Фергуса Длинноволосого».

«Как это так?» — опешил Лугайд

«Иди и выполняй свой долг», — приказал король.

Тем временем улады выбрали новым правителем Фергуса Длинноволосого и надели ему на голову королевский шлем. Издав громкий клич, они провозгласили Фергуса королем и сплотились вокруг него, собираясь продолжить битву.

«Добро, о Лугайд», — молвил Кормак, — «ты пообещал мне добыть в бою голову короля, да так и не сдержал своего слова ибо голова правителя уладов все еще у него на плечах и я вижу, как блестит на ней королевский шлем».

«Ладно», — ответил Лугайд, — «но сперва перевяжите мне раны, а потом я доберусь и до этого Фергуса».

К Лугайду подошел возница Кормака и законопатил ему раны, забивая в них торф древком копья. Вслед за тем Лугайд ударил по войску уладов. В этот час Тадг и Фергус Длинноволосый бились друг с другом в поединке. Лугайд врезался в ряды врагов и прорвался к Фергусу, чтобы снесни ему голову с плеч и исполнить клятву. Все воины Фергуса и Тадга пали один за другим и только Тадг еще держался на ногах.

Фергус подошел к тому самому месту, на котором принял смерть его брат, а Лугайд выступил ему навстречу, схватился с ним и срубил ему голову с плеч над тем же камнем, над которым он лишил головы и Фергуса Чернозубого. Королевский шлем уладов упал на землю и покатился по камням, Лугайд же подобрал голову Фергуса и его шейную гривну (?) и принес их к Кормаку.

«О Кормак», — сказал он, «я добыл тебе в битве голову короля».

«Хвала твоей отваге и твоему доброму имени, о Лугайд», — ответствовал Кормак. — «Нет для меня лучшего трофея, чем тот, что ты принес. Но все же и это не та голова, которая мне нужна».

«Как это так?» — опешил Лугайд.

«Так, как оно есть», — ответил король.

«Эй, слуга», — позвал Лугайд Лага, — «посмотри на битву и скажи мне, как идет сражение и держится ли еще Тадг».

«Тадг держится», — молвил отрок.

«Как бьются воины?»

«Нетрудно сказать. Старики Улада теснят отроков Мувана».

«Перевяжите мне раны», — попросил Лугайд, — «чтобы смог я со всей яростью обрушиться на уладов, во главе седых бойцов Мувана».

Тем временем со стороны битвы раздался громкий крик — это улады провозгласили королем Фергуса Пламя-под-Брегой и одели ему на голову королевский шлем. Фергус собрал вокруг себя отроков и повел их в бой. Тогда и старики Мувана, во главе с Лугайдом и Тадгом вступили в сражение с другой стороны и началась между ними жестокая сеча. Отроки Улада были разбиты и Фергус Пламя-под-Брегой погибв бою. Лугайд срубил ему голову с плеч над тем же самым камнем, над которым лишил жизни его братьев. Взяв голову последнего Фергуса, он направился с ней к Кормаку.

А Кормак тем временем призвал к себе друида Дейленна. Он хотел поставить друида на свое место, ибо страх перед Лугайдом охватил короля. Дейленн же ответил, что не займет место Кормака, пока не получит от него привилегии для своего родного племени, то есть Кулайде Брега.

«Конечно ты получишь все привилегии». — заверил Кормак друида. Дейленн занял место короля и одел себе на голову королевский шлем. И вот появился Лугайд. Он нес голову последнего Фергуса и хотел теперь отрубить голову и Кормаку. Лугайд подскочил к друиду и, приняв его за короля, одним махом снес ему голову с плеч (теперь на этом месте стоит курган, который зовется Дума Дейленн). Тут к нему подошел Кормак и сказал: «Нехорошо, о Лугайд, что ты убил моего друида».

«Не его хотел я убить», — стал оправдываться Лугайд, — «а тебя».

Как сказал поэт:

Три Фергуса легли
Вместе в одной могиле
Кормак пролил их кровь
Он погубил трех братьев.

Вдруг Лугайд услышал, что с севера раздается громкий клич.

«Что за крики я слышу, о отрок?» — спросил он у своего слуги.

«Это кричат мужи Мувана, радуясь победе».

Но вскоре с запада раздался новый громовой рев.

«Что за крики, о отрок?» — снова спросил Лугайд.

«Это кричат улады, готовясь к новому бою».

Тогда Кормак сказал такие стихи:

Поднимайся, о Лугайд,
Сразись с Эохайдом Гуннатом,
Ты потщись одолеть его
Вместе с войском Мувана.
Увы нам, если возглавит
Битву этот герой.
В сече Эохайд Гуннат
Стоит сотни бойцов.
Эохайд—воин доблестный
Погубит он отроков наших,
Боюсь я за верного Тадга —
Не выстоит он перед уладом.
Приди же на помощь Тадгу
Поднимайся, о Лугайд,
Превозмоги боль от ран,
В бой иди, сын Эогана.

«Раз в битву вступил Эохайд Гуннат», — молвил Лугайд, — «то не найдется в нашем войске героя равного ему, если только я не выйду на бой. Не остановят это чудовище безбородые отроки, измученные в сече, я же потрачу все оставшиеся силы, чтобы сразить его».

Поднялся Лугайд, направился к месту битвы и снова вступил в сражение. К тому времени враги уже переломали все свое оружие и дрались врукопашную, голыми руками вырывая друг у друга кишки. Вот отчего брод к северу от Кринна по сей день зовется Ат-Иннатайр.

Улады были разбиты. Люди несведущие утверждают, что Эохайд Гуннат пал от руки Лугайда в этом сражении, но на самом деле это не так. В тот день улады потерпели поражение в семи схватках, а именно: в бою при Кринне, в бою при Рат Кро, в бою при Аргетрос, в бою при Коннахаде, в бою при Шитвиу, в бою при Ат-Иннатайр и в бою при Дрома Фоайт.

Сначала улады выбрали королем Эрневаха. Они дали бой в горах Шитвиу и потерпели поражение, а Эрневах был убит. Тогда улады отступили в Аргетрос и дали бой там, но снова были разбиты и их новый король погиб. Из Аргетроса они отошли в Коннахад, а из Коннахада к гряде Друим Фоайт и там их уже никто не преследовал.

После победы Тадг пришел к Кормаку и сказал ему: «О Кормак, ты обещал мне объезд на колеснице от часа победы до наступления ночи».

«Я держу свое слово», — ответил король Ирландии.

Тадгу подали колесницу самого Кормака, а правил ею Маэлдойт, королевский возничий.

«Слушай меня, отрок», — сказал Кормак Маэлдойту, — «Тадг изранен в бою. Когда он начнет терять сознание, поворачивай колесницу на восток».

«Какую награду я получу за это?» — спросил Маэлдойт.

«Ты получишь вечные привилегии для твоего клана и твоего племени, только не давай Тадгу объехать вокруг Тайльтиу и вокруг Темры».

«Я выполню твою просьбу», — сказал слуга.

Тадг стал объезжать новые земли но, когда он терял сознание, возница незаметно для него поворачивал коней на восток. Когда же Тадг снова приходил в себя, Маэлдойт опять направлял колесницу на запад. К вечеру они выехали на берег реки Лифей.

«Скажи мне, возница, что это за река?» — спросил Тадг.

«Лифей», — отвечал Маэлдойт.

«Разве мы не объехали Темру или Тайльтиу?»

«Нет, не объехали».

«Досталось ли мне хотя бы одно из этих селений?»

«Нет, не досталось».

«Плохо дело», — сказал Тадг, — «но и тебе ничего не достанется за свои труды». С этими словами он выхватил из ножен меч и рассек Маэлдойта на три части. С того дня стоит над Лифеем курган Кнок Маэлдойт.

Вслед за тем Тадг пошел в Темру, он хотел, чтобы Кормак вылечил его раны.
«Мы вылечим тебя», — успокоил родича король, — «приведем тебе лучших лекарей».

К Тадгу и Лугайду Лага пришли лекари и отвели раненых в отдельные дома на самом краю селения. Кормак обещал врачам большую награду, если они сведут обоих героев в могилу, подкладывая им в раны всевозможную отраву. Вот почему Тадга и Лугайда поселили в разных домах: для того, чтобы они не поняли, что им обоим готовится погибель. В эти дома заходили лишь очень немногие люди. И все же к родичам Айлилля Оллама, то есть к Кормаку Касу и Фиахе Муйлетану дошла весть о том, что Тадг тяжело болен и они решили прислать к нему своих врачей, и проверить, можно ли излечить его раны.

Однажды Кормак пришел к Лугайду Лага для разговора, ибо он знал, что Лугайду уже недолго оставалось жить.

«О Лугайд», — молвил король, — «твою жизнь уже не спасти. Во имя твоей боевой славы, поведай мне о том, как вел себя мой отец, Арт сын Конна, когда ты убил его, срубив ему голову с плеч?»

«Я расскажу тебе об этом», — ответил Лугайд, «твой отец блеял как козел, мычал как корова и стонал как баба».

Лугайд сказал так, ибо знал, что Кормак хочет погубить его и хотел себе быстрой смерти, чтобы она избавила его от мучительной болезни. В такой гнев, в такую ярость пришел Лугайд от вопросов Кормака, что нагноившиеся раны его лопнули и вся отрава выплеснулась из них на землю, и все жуки и черви высыпались из ран на пол. Тут Лугайд схватил огромный камень и обрушил его на Кормака, но король увернулся от удара и камень вошел глубоко в землю. Так исцелился Лугайд Лага.

Тем временем к Тадгу пришли врачи из Мувана, чтобы узнать, можно ли еще вылечить его. Тадг уже совсем обессилел и лежал при смерти, из дома раздавался его предсмертный хрип. Врачи услыхали стоны Тадга и заспорили между собой.

«Это стон человека страдающего от болезни», — заявил первый врач.

«Нет», — возразил другой, — «это стон раненого».

«Вовсе нет», — вступил в беседу третий лекарь, — «это рев какого-то крупного зверя».

«Приступим же к лечению», — сказали все трое и вошли в дом. Кроме врачей и самого Тадга в доме не было ни души.

«Да будет тебе известно», — сказал больному один из лекарей, — «что во всей пятине Конна не найдется врача, который сумел бы вылечить тебя. Лишь мне одному это под силу».

«По мне так лучше отблагодарить тебя одного, чем половину Ирландии», — пошутил Тадг.

Врачи подошли к раненому. Они раздули огонь и раскалили на нем докрасна нож от ручного плуга и надрезали раскаленным лезвием живот Тадга, так что из него посыпались на пол черви и полилась отравленная кровь. Трижды подносили они к ране раскаленный клинок, пока не выпустили из Тадга всю отраву. Когда сын Киана стал совершенно здоров, он перебил лекарей, которые пытались отравить его. Вслед за тем он вернулся домой, на юг. Кормак попытался удержать при себе те земли, которые он пообещал Тадгу. Тадг стал готовиться к войне с верховным королем и тогда понял Кормак, что лучше будет передать ему обещанные земли в вечное владение. И стало так, и так будет впредь.

Druidism.ru
ещё